ЕС проглотил наживку: почему Брюссель не стал вводить эмбарго на русскую рыбу
Глава евродипломатии ЕС Кая Каллас назвала рыбу продукцией, которая «осложняет все важные процессы», объясняя отказ от введения эмбарго на поставки из России в новом, 21-м пакете санкций. Это заявление вскрыло сложную механику, стоящую за, казалось бы, простым торговым ограничением. В то время как Евросоюз публично обсуждает новые меры, российские рыбаки и аналитики уже давно просчитали возможные последствия такого шага, который, по их мнению, принесёт выгоду отнюдь не европейским потребителям или российским производителям, а третьей стороне -1.
На протяжении многих лет Европа оставалась для России ключевым и самым престижным рынком сбыта рыбной продукции. Как отметил в интервью НСН исполнительный директор Ассоциации производственных и торговых предприятий рыбного рынка Александр Фомин, «Европа — это самый престижный рынок в мире» -1. Высокие стандарты качества и платёжеспособный спрос делали его крайне привлекательным для отечественных добытчиков, особенно трески и минтая.
Однако ситуация на этом направлении уже начала меняться задолго до обсуждения новых санкций. По данным Евростата, экспорт российской рыбы в ЕС за первый квартал 2026 года снизился на 8% в физическом объёме и на 5% в денежном выражении, составив 47 тысяч тонн на сумму 205 млн долларов -1-3-7. Эта динамика отражает не только политические риски, но и активную перестройку логистических цепочек российскими поставщиками. Они уже несколько лет готовятся к возможному ухудшению отношений и ищут альтернативные пути сбыта.
Стоит отметить, что с 2014 года Россия сама ввела продовольственное эмбарго, которое закрыло доступ на внутренний рынок для рыбы из недружественных стран, включая страны ЕС. При этом европейские страны, как подчёркивает Александр Фомин, до последнего времени не отвечали зеркально, продолжая импортировать российские треску, пикшу и минтай (за исключением отдельных позиций, таких как крабы и икра) -1. Таким образом, введение эмбарго со стороны ЕС стало бы для России неожиданным ударом, но ударом избирательным, затронувшим в первую очередь добытчиков именно этих видов рыб -1.
Именно здесь на сцену выходит Китай. За последние годы Пекин стал крупнейшим покупателем российской рыбы. Как сообщил Александр Фомин, Китай является главным потребителем, который активно скупает российское сырьё, перерабатывает его и затем перепродаёт на другие рынки, в том числе и в ту же Европу, получая на этом значительную прибыль -1.
Ситуация с возможным эмбарго, по мнению эксперта, превращает Поднебесную в монопольного покупателя, который сможет диктовать свои условия. «Китай в случае эмбарго ЕС будет диктовать цены свои, сильно снижать стоимость», — предупреждает Фомин -1. Российские рыбаки, лишившись европейского рынка, окажутся в сильной зависимости от единственного крупного покупателя, что неизбежно приведёт к снижению их экспортной выручки. В то же время сам Китай продолжит выгодно перепродавать более дешёвое российское сырьё.
Статистика полностью подтверждает растущую роль Китая. За январь-май 2026 года Россия резко нарастила поставки рыбы и морепродуктов в КНР. Общий объём экспорта вырос на 16% (до 672 тыс. тонн), а в денежном выражении — на 53%, превысив $2 млрд -4-8. Особенно впечатляет рост экспорта мороженой трески: объём поставок увеличился на 35,4%, а их стоимость взлетела на 103,2% — до 314,3 млн долларов -1-4. Выручка от поставок минтая также значительно выросла. По итогам первого полугодия российский экспорт рыбы в Китай в денежном выражении вырос в 1,5 раза, достигнув $2,3 млрд -11.
Таким образом, Китай закрепляется в роли ключевого перевалочного пункта. В случае введения европейского эмбарго он превратится из крупного покупателя в фактического монополиста, получая возможность не только диктовать низкие цены российским производителям, но и сохранять свою маржу при дальнейшей перепродаже уже готовой продукции в Европу.
Россия, осознавая риски, активно диверсифицирует экспорт, однако альтернативы европейскому рынку по своей премиальности просто нет. Поиск новых направлений, таких как страны Африки, не спасает ситуацию. Как отмечает Александр Фомин, «там совсем дешевый рыбный рынок, потому что денег нет» -1. На фоне этого ЕС, несмотря на политическую риторику, всё ещё остаётся высокомаржинальным рынком сбыта, отказ от которого будет болезненным для российского рыбопромышленного комплекса.
Единственным возможным и относительно стабильным направлением остаётся Азиатско-Тихоокеанский регион, но этот рынок уже плотно контролируется Китаем. Поэтому отказ ЕС от введения эмбарго, по сути, является тактическим шагом, отсрочивающим неизбежную и невыгодную для России перестройку рынка. Брюссель, возможно, осознаёт, что таким образом он лишь передаёт рычаги влияния на цены в руки Пекина, который в конечном итоге окажется главным бенефициаром этого геополитического противостояния.
