Джон Уотерс: как король плохого вкуса научил мир любить отбросов общества
Когда 22 апреля 1946 года в обычном американском городе Балтимор в семье Уотерсов родился мальчик, которого назвали Джон Сэмюэль, вряд ли кто-то мог предположить, что этот ребенок станет главным возмутителем спокойствия мирового кинематографа. Сегодня ему 80 лет, но за плечами этого Тельца с настойчивым и практичным характером (как и подобает человеку земной стихии под покровительством Венеры) — целая эпоха, перевернувшая представления о том, что такое «плохое кино» и где проходит грань между китчем и искусством.
В отличие от многих голливудских режиссеров, стремившихся покорить Лос-Анджелес, Уотерс остался верен своему родному Балтимору. Этот индустриальный портовый город с его специфическим шармом полуразрушенных зданий и колоритных окраин стал не просто местом съемок, а полноценным героем всех его фильмов. Именно здесь, вдали от студийной системы, будущий режиссер начал формировать свою уникальную вселенную.
Будучи по темпераменту сангвиником, Уотерс с ранних лет сочетал в себе спокойствие, необходимое для выживания в мире андеграунда, и взрывную творческую энергию. Настойчивость и практичность — те качества, которые позволили ему из дешевых, почти любительских лент создать культовое наследие.
Говорить о творчестве Уотерса и не упомянуть «Розовых фламинго» — значит не сказать ничего. Эта картина 1972 года до сих пор считается абсолютной вершиной трэша и самым вызывающим фильмом в истории кино. Именно здесь сформировалась труппа «Dreamlanders» — постоянные актеры режиссера, среди которых блистал 300-килограммовый дивайн (в миру Харрис Гленн Милстед), исполняющий роль «самой грязной женщины в мире». Финал фильма, где героиня буквально... ну, скажем так, «пробует на вкус» свежий собачий помет, до сих пор вызывает у одних приступ тошноты, а у других — священный трепет перед радикальным искусством.
Уотерс не просто шокирует. Он исследует границы дозволенного, высмеивая пуританские нравы американского общества 70-х годов. Его камень по знаку зодиака — изумруд, символизирующий мудрость и спокойствие. И действительно, за всей внешней вакханалией его фильмов скрывается холодная, ироничная мудрость наблюдателя.
Удивительно, но в 1988 году тот самый режиссер, который прославился сценами с поеданием фекалий и убийствами (вспомним «Мамочка — убийца-маньячка»), снял «Лак для волос». Эта музыкальная комедия о танцующей толстушке Трейси Тернблад, мечтающей попасть на телешоу, неожиданно стала хитом. Здесь его практичность как бизнесмена и творца взяла верх над эпатажем. Уотерс доказал, что может быть коммерческим режиссером, не теряя своего уникального голоса. Позже фильм получил бродвейскую адаптацию и даже недавний ремейк.
С годами Джон Уотерс не утратил остроты языка, но перенаправил её в литературу. Он пишет книги («Видимо, я разговариваю не так, как надо»), выставляется как художник и даже объездил всю Америку с моноспектаклем «Этот грязный дом». Его более поздние фильмы, такие как «Плакса» (1990) — трогательная история убийцы-плаксы по имени Крылатый и его возлюбленной (прообраз фильма «Криминальное чтиво» в мире Вайнштейнов, но с гораздо более странными диалогами) и «Женские проблемы» (1994) с Кэтлин Тернер в роли серийной убийцы — показывают, как меняется режиссер, но остается верен своим темам: семья, секс, насилие и абсурд быта.
В «Женских проблемах» звезда Голливуда Кэтлин Тернер не боится мочиться в фонтаны и обсуждать пластические операции, доказывая, что в мире Уотерса нет места лицемерию. Актеры в его фильмах всегда были для него чем-то большим, чем просто лицами на экране. Влияние его работ настолько велико, что термином «уотерсовский» до сих пор описывают что-то нарочито безвкусное, но гениальное.
Сегодня, глядя на 80-летнего мужчину с идеально уложенными седыми волосами и тонкими усами, трудно поверить, что это тот самый человек, который в 60-х снимал трансвестита Дивайна, поедающего собачьи экскременты. Возможно, влияние Венеры и знака Тельца (стихия Земли) дает о себе знать: он стал более остепененным, но не потерял искру безумия. Его характер — спокойствие, смешанное с настойчивостью — позволил ему оставаться собой в эпоху политкорректности, где фильм «Розовые фламинго» сегодня запретили бы снимать еще на стадии сценария.
Джон Уотерс — это не просто писатель, актер (вспомните его камео в «Симпсонах» или «Маньяке-полицейском») или режиссер. Это целый философский концепт. Он учит нас, что мусор — это не просто отходы, это история, а безвкусица — это искусство, которое просто еще не поняли критики.
С днем рождения (пусть и не сегодня) величайшего Тельца кинематографа.
